Состоялась в 2018 году. Это был июнь. Я чувствовала себя ужасно: мне нужно было принять очень трудное решение, жизнь казалась опасным и полным отчаяния местом, где даже близким нельзя доверять.
Я решилась пойти к психологу потому, что жизнь стремительно теряла смысл. Я поняла, что меня нужно спасать. И что может быть хуже, поэтому ждать нельзя.
А ещё я прочитала книгу одного известного психолога, и мне очень откликнулось многое. Я написала автору, но у нее ближайшая запись была только через несколько месяцев, а в работу она вообще не могла меня взять. Поэтому она порекомендовала мне двух коллег, из которых я написала одной.
Назову ее Алисой, хотя на самом деле у нее другое имя. Почему Алисой? А например, потому, что я ждала от неё чудес. Несмотря на то что я ещё в школе хотела пойти учиться на клинического психолога и вроде понимала, что психика работает сложно, что изменениям требуется время, я в 2018 году была вполне уверена, что психологи обладают какими-то чудодейственными техниками, которые помогают быстро и спасают от душевных страданий.
Наша первая встреча с Алисой. Когда я вошла, Алиса меня встретила, показала, где снять верхнюю одежду и переобуться и куда проходить дальше: по коридору прямо. И ушла .
Я подготовилась, прошла в кабинет, она указала мне на диван напротив своего кресла. Я села.
Сижу. Жду. Ну, хоть вопроса. Или приветствия. Или… Ну а что, я должна что-то сказать? Я же к психологу пришла!
Ладно. Начала рассказывать о себе, что происходит, сжато и конкретно. Сначала Алиса просто слушала, кивала, потом задавала вопросы. Я что-то отвечала. Про переезд говорила, что вот надо, а вроде непонятно, да и как же это вообще всё так…
В какой-то момент Алиса начала говорить совсем о другом: приземлённом и как будто вовсе не про меня. О регулярности наших встреч, об оплате, о необходимости запланировать завершающую встречу, когда я решу закончить терапию. Мне было странно. Даже обидно, что ли.
Во-первых, меня не спасли. И не спасали даже. Ну, это была моя главная нестыковка. Я пришла, чтоб спасли, а со мной поговорили, да ещё и обязанностей навешали.
Во-вторых, ценные минуты мы потратили на выяснение условий. Это как будто казалось не ценным тогда. Слишком простым, житейским. К чему это всё, когда земля держит меня слабее, чем раньше.
В-третьих, а где домашнее задание? Или как тут у вас вообще это делается? Мне представлялось, что нужно делать много, срочно, и чтоб помогло поскорее. Это сейчас я знаю, что есть разные подходы, и где-то действительно даётся домашнее задание, а где-то нет. В тот момент я этого не знала и была растеряна.
А потом я попрощалась, заплатила и ушла. Алиса улыбнулась мне и попрощалась до следующей недели. Улыбнулась! Как вообще можно улыбаться, когда у меня вот так…
А на следующей встрече я начала с того, что переехала. Помню удивление в ее глазах. Мне тогда было приятно: будто я решила что-то важное, а психолог не ожидала, что я так быстро сделаю такое большое и важное событие реальностью. И этот взгляд до сих пор иногда вспоминаю с ощущением «я могу действовать решительно и быстро, когда понимаю смысл».
А потом были еженедельные встречи, где мы отошли от моего запроса очень-очень далеко. Но это уже другая история.
